16 июля 2018 г.

Полный текст статьи

НАЗВАНИЯ КАК ОРУДИЕ СОВЕТСКОЙ ПРОПАГАНДЫ

- Новые архивные примеры Ленинграда и области
                Печать      Добавить в избранное     Отслеживать     Связаться с автором

Опубликовал: Данила   05.07.2018 23:39:28    Автор: Петров Даниил   Источник: Фонд "Возвращение"   Просмотров: 250    39    0  
Теги:
История переименований в СССР Архивные документы о советских переименованиях
Краткое описание:
  На прошлой неделе в Санкт-Петербурге вышел очередной номер (№1/7 за 2018 год) журнала "Топонимический альманах". Ниже приводится полная версия статьи Петрова Д.В., опубликованной в этом номере журнала и посвящённой смыслу и целям политики советской власти по использованию названий.

НАЗВАНИЯ КАК ОРУДИЕ СОВЕТСКОЙ ПРОПАГАНДЫ



      К 100-летию начала уничтожения исторических имён России

       I.            Введение.

Данная статья в части выносимых на рассмотрение тезисов вряд ли откроет что-то радикально новое для специалистов – для тех, кто знаком с советской политикой в области топонимов и других названий. Тем не менее, этот материал может быть полезен для тех, кто делает первые шаги в области изучения механизмов воздействия советской власти на сознание советских поданных, а также для тех, кто впервые пытается понять, чем руководствовался коммунистический режим при массовых переименованиях. Последние, как известно,  - одна из характерных черт семи советских десятилетий.

Также задача данного материала – ввести в оборот новые архивные иллюстрации к давно известным для специалистов истинам в области советской топонимии. На примере этих недавно обнаруженных в архивах документов 1930ых-1970ых годов, касающихся Ленинграда и области[1], можно ещё раз убедиться, насколько топонимия, филология и, в целом, культура стали в советский период послушными служанками в руках воцарившегося в стране политического режима.

 Предлагаемые вниманию читателя новые архивные материалы могут помочь осмыслить логику и механизмы ломки отечественной культуры в области исторических названий в советские годы. Как примеры, будут использованы не только названия мест (топонимы), но и иных объектов.  

    II.            «Политика, опрокинутая в географию»[2].

Первые попытки открыто осмыслить роль, которую играла топонимика в советской стране, были предприняты на излёте советской власти в 1989 году. Это произошло на Всесоюзной научно-практической конференции «Исторические названия – памятники  культуры», организованной под патронажем академика Д.С.Лихачёва. Во вводной статье к сборнику материалов этой конференции академик Лихачёв, возможно, впервые публично в СССР заявил, что «репертуар современных названий, сформировавшихся в период с 20-х по 80-е гг. нашего столетия… перенасыщен именами анахронизмами, отражающими атрибутику времён культа и застоя. Ситуация в этой сфере представляет безрадостную однообразную картину. Значительный культурный слой названий, входящих в культурно-историческую среду, был разрушен. Замена исторических географических названий «именами-новоделами» привела к изъятию из обращения и той комплексной культурно-исторической информации, которую несёт в себе имя». Приближавшийся в 1989 году крах коммунистического режима сделал его настолько слабым, что в той же статье её автор уже мог без последствий для себя, родных, близких и своей дальнейшей деятельности прямо оценить такие советские названия городов как Брежнев, Черненко, Устинов и Андропов как «названия-фантомы, порождённые последним всплеском культовой идеологии». Волны советских переименований квалифицированы академиком как «культовый сель», то есть бедствие. Читатель призван поддержать «очистительную работу» [3] по возвращению исторических названий.

Указанную статью академика Лихачёва можно считать программой начавшегося в те годы и почти затихшего в масштабах России к сегодняшнему дню очищения от последствий советского уничтожения исторических имён. Чтобы дать оценку обоснованности процесса возвращения исторических названий и правомерности приведённых эпитетов учёного в адрес советской топонимии следует вспомнить, что вопросы названий квалифицировались советским  режимом как политические. Топонимика относилась не к вопросам вкуса, моды или культурной политики, но к важнейшей для советской власти сфере идеологии и пропаганды. Через массовые переименования и через присвоение новых названий решались идеологические и более того,  пропагандистские задачи. Названия должны были не столько информировать об особенностях, а также истории места и ориентировать в пространстве, сколько формировать мнение граждан о советской власти, доказывать её преимущества. Советские названия должны были возвышать тех, кого на данный момент партия рассматривает как героев. Они должны были внедрять в сознание и подсознание советских подданных понятия, обосновывавшие советскую власть и её мероприятия. Их задача, как правило, была – стереть память о стране, существовавшей на той же территории до 1917 года и создать сказочный образ-пряник «советского рая» после этой даты.

Итак, названия в СССР были, не в меньшей мере, чем пресса, инструментом пропаганды, и их можно рассматривать как отражение идеологической политики властей в соответствующий период. В зависимости от того, что стремилась советская власть внедрить в сознание подданных, мы увидим и особенности «репертуара названий» в тот или иной момент. Конечно же, данный тезис касается не всех, а большинства названий, названий наиболее значимых для советской страны объектов. Отдельные исключения из пропагандистского значения топонимии в СССР не изменяют общего правила.

За редкими исключениями (как-то: возвращение 20 названий в блокадном Ленинграде в 1944 году) историческая ценность ранее возникших названий, в СССР официально не признаётся. В сфере топонимики власть фактически руководствовалась следующим подходом: «Текущая конъюнктура – всё; история и культура  - ничто». Важность топонимического направления пропагандистских усилий советской власти подтверждается тем, что эти вопросы решались высоким, а порой высшим партийным начальством. До начала падения советского режима, истинная политическая кухня в области топонимики находилась под грифами секретности. Это ещё раз показывает её идеологический, пропагандистский характер, противоречащий цели бережного сохранения культурного наследия.

III.            Партийные и главлитовские примеры.

В рассекреченном фонде Обкома и Горкома ВКП(б) – КПСС бывшего партархива Ленинграда[4] внимательный исследователь обратит внимание на то, что в советские годы партийные начальники Ленинградского региона регулярно под грифом секретности обсуждали вопросы переименований. Под теми же грифами органам советской власти давались поручения «оформить в советском порядке»[5] принятое партией решение по названиям.  При этом ссылка на партийные решения ширма советской власти делать не имела право: задача советской ширмы, наоборот, прикрывать истинный источник решения.

Использование советской властью названий для целей манипуляции населением подтверждается и тем, что на страже истинной кухни в области советских переименований стоял Главлит – тайный орган советской цензуры. Существование этой организации не было предусмотрено ни советскими конституциями, ни другими отрытыми законами. Уже со времён Сталина открытие упоминание этой организации запрещалось. По своему значению и статусу в советской системе Главлит находился между КГБ и КПСС. Как увидим далее, даже нейтральное упоминание факта советских переименований, как правило, рассматривалось Главлитом как нарушение советского порядка.

Приводимые ниже партийные и главлитовские источники ценны тем, что могут помочь предположить мотивацию действий Коммунистической партии: логику власти в области идеологии и пропаганды.

Пример №1. Несостоявшиеся уничтожения «старорежимных» имён.

Ценнейший источник для понимания характера советской кухни в области названий – проекты решений в области топонимии, обсуждавшиеся в партийных органах. Не менее, чем подоплёка состоявшихся переименований, ценны и редакции проектов документов, в которых видно, во что могли быть переименованы многие любимые петербуржцами объекты. В части несостоявшихся переименований надо помнить и о том, что закрытый характер принимаемых в этой сфере в советский период решений влёк то, что то или иное переименование могло произойти или нет по прихоти  отдельного начальника. Таким образом, фактически судьба наименований в СССР в пределах советских идеологических рамок определялась закрыто и в высокой степени произвольно.

Важнейшим направлением деятельности советской власти в области названий было устранение так называемых «старорежимных» названий. Под этим могло пониматься всё, что напоминало о дореволюционном укладе жизни:  о религиозной жизни до 1917 года, об экономических её аспектах, о сословиях Российской Империи, о властных институтах, о защите Отечества до 1917 года и пр. В рамках работы по уничтожению «старорежимных», то есть несоветских названий Ленинграда 10 сентября 1935 года было принято Постановление Президиума Ленсовета «О переименовании улиц города Ленинграда». Им как «старорежимные» было уничтожено 15 исторических названий:

№№

Уничтожаемое «старорежимное» название

Советский новодел

Идейно-пропагандистские причины переименования

1.

Введенская площадь

Витебская площадь

Религиозное название

2.

Введенский канал

Витебский канал

Религиозное название

3.

Чубаров переулок

Транспортный переулок

· Ссылка на домовладельца.

· Ассоциации с «Чубаровским делом».

4.

Единоверческая улица

Партизанская улица

Религиозное название

5.

Новоспасская улица

Светлановская улица

Религиозное название

6.

Успенская улица

Арсенальная улица

Религиозное название

7.

Благовещенская улица

Сибирская улица

Религиозное название

8.

Нобелевская дорога

Нефтяная дорога

Отсылка к Нобелю как владельцу складов. Ассоциации с Нобелевской премией, присуждённой в 1933 году «антисоветчику» И.Бунину.

9.

Графская улица (Коломяги)

Совхозная

Отсылка к сословиям до 1917 года

10.

Министерское шоссе

Комендантское шоссе

Ссылка на дореволюционные органы власти

11.

Церковная площадь (Аптекарский остров)

Инструментальная улица (продолжение)

Религиозное название

12.

Храмовая улица

Улица Блохина

Религиозное название

13.

Троицкий переулок

Трамвайный переулок

Религиозное название

14.

Церковный переулок

Ткацкий переулок

Религиозное название

15.

Чурикова дорога (с. Александровское)

Детская дорога

Религиозное название (по проповеднику И.А. Чурикову), умершему в 1933 году в заключении за антисоветскую деятельность

В проекте  же постановления Ленсовета находим намного больше инициатив по уничтожению «старорежимных» имён[6], например:

№№

Уничтожаемое «старорежимное» название

Предлагавшийся советский новодел

Идейно-пропагандистские причины переименования

Последующая судьба проезда

1.

Богословская улица

Куйвозовская

Религиозное название

1941г. – попытка переименования в Почтовую.

1977г. - упразднение

2.

Зиновьевская улица

Дагестанская

· По домовладельцу.

· Созвучно имени жертвы советского режима

1939г. - переименована в Беломорскую.

3.

Проспект Бенуа

Проспект Ударников

По владельцу недвижимости

С 1952г. - Тихорецкий

4.

Вознесенский переулок

Грибоедовский переулок

Религиозное название

С 1952г. - Красноградский

5.

Калинкин мост

Мост им. Марти

По дореволюционной деревне

Сохранилось

6.

Большая Подьяческая улица

Мусоргская улица

По мелким чиновникам до революции

Сохранились

7.

Средняя Подьяческая

Оперная улица

8.

Малая Подьяческая

Бетховенская улица

9.

Солдатский переулок

Башкирский переулок

По солдатским казармам Преображенского полка

Сохранилось

10.

Толмазов переулок

Певцовский переулок

(в честь народного артиста РСФСР Иллариона Певцова, умершего в 1934г.)

По домовладельцу

В 1940-ые переименован в пер. Крылова

11.

Гатчинская улица

Типографская улица

По переименованной к 1935 году Гатчине

Сохранилось

12.

Крестовский проспект

Физкультурный проспект

Вероятно, созвучие с религиозными названиями

Сохранилось

 

Примеры 2 и 3. Политически неприглядные названия.

Названия, которые были отданы на откуп местной власти и местному населению, подвергались проверке со стороны вышестоящих властей. Более того, эти проверки проводились и по партийной линии, и советской прокуратурой, что показывает, что топонимика в глазах советской власти играла важное государственное значение.

Так, 20 апреля 1937 года инспектор Отдела распорядительных партийных органов (ОРПО) Обкома ВКП(б) направляет на имя А. Жданова Докладную о состоянии агитационно-массовой работы в Борисово-Судском районе Ленобласти[7] со следующими выявленными проблемами в сфере названий:

 «В Борисово-Судском районе до сих пор имеются такие еще наименования колхозов, которые не должны существовать, как например, «Корнилово»[8], «Вольная община»[9], «Старое», «Рыковское», «Стармуж», «Свободная воля», «Задний двор», «Воля», «Конецкое» и т.д., так как ничего общего с наименованием большевистских колхозов такие названия не имеют»[10].

Документ под грифом «Строго секретно» разослан по распоряжению А.Жданова членам Обкома партии.

22 ноября 1937 года аналогично прокурор Петроградского района докладывал прокурору Ленинграду о результатах своей инспекции в Дновском районе Ленинградской области:

 «Во время пребывания в Дновском районе по обследованию райпрокуратуры мне пришлось столкнуться с фактом наличия в Дновском районе совершенно недопустимых названий колхозов, как-то: колхоз  «Красные язвы», колхоз «Красная поповщина», колхоз «Красный балахон», колхоз «Засералово».

Считаю, что такие названия не только дискредитируют колхозы, но являются прямой контрреволюционной агитацией…»[11]

Документ был препровождён прокурором Позерном в Обком ВКП (б) на имя Кузнецова А.А. (начальник отдела распорядительных партийных органов). Тот направляет документ – в секретариат обкома.

Очевидно, что секретная активность высшего партийного и прокурорского начальства области по вопросам названий свидетельствует о важнейшем агитационном значении топонимии для советской власти. Приведённые выше в двух докладных записках наименования колхозов противоречили пропагандистским усилиям Коммунистической партии в области создания образа колхозного и, в целом, советского рая.  Не смущало партию и то, что почти все приведённые в двух докладных названия – это не новоделы, а дубликаты названий населённых пунктов, в которых образованы колхозы. Однако, колхоз, а следовательно, его название для советской власти – это не хозяйственное, а именно политическое дело. Отсюда и исходят грозные выводы о «контрреволюционной агитации», то есть о страшном для подсоветского человека государственном преступлении (пресловутая статья 58 УК РСФСР).

Пример 4. Оценка возможности изменения названий через призму пропаганды.

Характерно, что за редкими исключениями, советские власти не признавали исторической ценности топонима. Об этом говорит, в первую очередь, конечно же, сам факт массовых, лавинных переименований  с 1918 года. Такой массовости слома исторического культурного слоя названий страны до прихода к власти большевиков в России не было никогда. Во вторую очередь, об игнорировании культурной ценности исторических топонимов свидетельствуют партийные документы, раскрывающие мотивировку тех или иных решений в области названий. Эти объяснения мы увидим и в случаях, когда исторический топоним был сохранён, но по причинам, далёким от бережного отношения к историческому и культурному наследию страны.

Так, в мае 1935 года под грифами секретности партийные начальники  в Смольном рассматривали предложение некого Василия Яковлевича Оранского. Гражданин предложил переименовать Коломенскую улицу Ленинграда в Балакиревскую в честь великого русского композитора, жившего в доме №7 до 1910 года. Среди прочего, инициатор предложения ссылался на то, что якобы Русское музыкальное общество готовило такое предложение ещё до революции.

М.А. Балакирев (1836-1910)

Характерно, что причина отказа в этом предложении, как это раскрывает  секретная переписка, связана с отрицательной оценкой партией не музыкальных талантов композитора, а его политических взглядов. В служебной записке о нецелесообразности такого переименования М.А. Балакиреву  припомнили то, что он изменил свои подходы «до «философии» черносотенного Победоносцевского толка»[12].

Пример 5. Упоминание царя как вред пропагандистским целям.

         В борьбе за стирание памяти об истории Отечества до 1917 года советская власть руководствовалась двумя базовыми принципами: демонизация досоветского прошлого и принцип «Забыть Герострата». Иными словами, о дореволюционном прошлом, по общему правилу, позволялось говорить либо вещи отрицательные, либо о нём вовсе не следовало даже упоминать.

         Так, ссылка в нейтральном топонимическом контексте на последнего русского императора могла быть сочтена органами цензуры политической ошибкой. Архивные фонды Ленинградского Главлита сохранили «Информацию об ошибках в газете «Свирские огни» …», адресованную Ленооблгорлитом 19 мая 1977 года за №109с Секретарю Обкома КПСС тов. Андрееву Б.С.: «В газете «Свирские огни» - орган Подпорожского Горкома КПСС и городского совета,  за 12.05.1977 №57 под рубрикой к 60-летию Советской власти опубликован материал «Поселок Никольский раньше и теперь». В нём в частности, приводятся сведения, что «селение до 1913 года называлось Немецкое, потом было переименовано в Никольское (в честь последнего царя Николая)». Никаких сведений о дореволюционной жизни в Никольском нет. По сути, в небольшом материале речь идёт о последних годах развития поселка. Заметка заканчивается так: «Хорошие перспективы у Никольского и в будущем».

Популяризация имени царя, увековеченного в названии поселка, к тому же в материале, посвященном юбилею Советской власти, по нашему мнению, является ошибкой»[13].

Газета «Свирские огни» выходит по сей день.

Таким образом,  лишь упоминание исторического факта связи имени посёлка с царём рассматривалось не больше, не меньше как «популяризация имени царя». Последнее для советской власти недопустимо, так как наносит вред пропагандистским устоям режима, основанным на очернении того, что связано с монархией.

Пример 6. Вторжение в сферу филологии ради пропаганды.

Следующий пример из фондов советской цензуры, на первый взгляд, не имеет прямого отношения к названиям страны, однако, если мы вспомним, какое важное место занимал эпитет «красный» в советской системе названий (ул. Красного текстильщика, ул. Красного Курсанта, завод «Красный выборжец» и пр.), то поймём, что цензоры защищали в этом примере, в том числе пропагандистскую остроту и однозначность соответствующих имён.

В секретных «Сводках цензорских вмешательств» за 1978-79гг. мы находим указание на то, что, «по согласованию с отделом культуры Обкома КПСС не разрешен текст, раскрывающий значение прилагательного «красный» в толковании «психические ненормальный» и как бранное слово». Издательство «Наука», Сборник «Диалектная лексика», Н.И. Андреева-Васина. Прилагательное «красный» в русских народных говорах»[14].

Обложка тайно отцензурированного сборника статей о диалектах.

 

Таким образом, советские цензоры даже в местных, диалектных говорах видели потенциальную угрозу советской власти и её пропагандистским усилиям.

Пример 7. Ошибка в названии могла стоить очень дорого.

29 июля 1937 года главный редактор «Ленинградской правды» А.Н. Троицкий писал в докладной Секретарю Ленобкома А.А. Жданову:

«В номере «Ленинградской правды» от 28 июля допущена ошибка: упомянуто название «Фабрика им. Бела Куна», в то время как оказывается, Бела Кун разоблачен как враг.

Произошло это потому, что ни я, ни мой заместитель не были осведомлены о факте разоблачения Бела Куна как врага.

С другой стороны возникает вопрос о переименовании многих объектов (заводов и пр.), носящих до сих пор имена людей, которые оказались врагами. Названия этих фабрик, заводов и пр. до сих пор ходят по городу без всяких изменений.

Было бы целесообразно выделить комиссию, которая бы произвела переименование объектов, носящих имена людей, разоблаченных как врагов»[15].

Из этого документа следует, что только лишь использование неверного названия, тем более упоминающего человека, ставшего жертвой советского террора (хоть до того и самого, проводившего его) рассматривалось в партийном руководстве как чрезвычайная ситуация. Покаянные извинения за допущенную «ошибку» должны были упредить возможность её квалификации как содействие «врагу народа». Упоминание жертв советского террора было возможно исключительно в отрицательном аспекте. Использование этого имени даже в названии пока ещё не переименованной фабрики противоречило целям советской пропаганды. Ведь это обращало внимание на то, что «враги» и «друзья» советской власти меняются ещё менее предсказуемо, чем настроение её вождей.

Указанная докладная главреда была принята Ждановым «К сведению», однако лояльность и покаяние Троицкого не помогли ему. Через несколько месяцев он был сам арестован как «враг народа», а в 1938 году расстрелян.

Пример 8. Предпочтения в области названий менялись вместе с политикой.

Пропагандистский характер регулярных советских переименований вполне подпадает под известную советскую шутку:

-Колебались ли вы относительно линии партии?

-Колебался вместе с линией.

Один и тот же объект нередко в стране «победившего социализма» мог переименовываться несколько раз в угоду текущей конъюнктуре. По характеру смены мемориальных названий можно, как правило, без труда предположить, куда поворачивает советская пропаганда. Архивные документы содержат вдоволь примеров таких метаморфоз.

Так, в 1957 году Маленков, Каганович и Молотов были заклеймены как «антипартийная группа» и лишены многих постов. Ленинградский обком КПСС 1 июля 1957 года направляет в ЦК КПСС секретную докладную по решению ЦК «Об антипартийной группе Маленкова, Кагановича и Молотова». В докладной решения центральных органов партии безоговорочно поддерживаются. При этом приводятся аргументы и топонимического толка, в том числе со ссылкой на мнение граждан:

«Начальник цеха фабрики «Рот-фронт» Смирнов: «В каждом сельсовете – колхозы имени Сталина, имени Молотова, имени Маленкова и т.д. В Москве, центре нашей Родины, Молотовский район, Кагановичский район, там завод им. Кагановича, завод им Ворошилова и т.д. Пора покончить с этой раздачей наименований»[16].

С «раздачей наименований» советская власть, конечно же, не покончила, так как это был один из приёмов поощрения, агитации и пропаганды. Однако имена одних «героев» вовремя заменялись на другие.

Примеры 9 и 10. Использование названий как орудия пропаганды – важная государственная тайна.

То, что вопросы советских переименований относились к разряду государственной тайны, подтверждается не только соответствующими грифами секретности на многих документах этой тематики. Тот факт, что советская власть понимала конъюнктурность и беспринципность многих изменений в названиях и то, что не хотела, чтобы граждане лишний раз обращали внимание на использование названий как орудия пропаганды, подтверждается и активностью органов советской цензуры.

Так, в «сводках цензорских вмешательств» Ленинградского Горлита за 1978-79 гг. находим среди «политико-идеологических замечаний»:

«По согласованию с отделом пропаганды и агитации Обкома КПСС не разрешены сведения о возвеличивании отдельных лиц в период культа личности, о неоправданном переименовании городов, присвоении им наименований отдельных лиц». Лениздат. С.М. Бардин. «Скромность украшает», стр. 24.» [17]

Обложка книги, в которой цензоры запретили упоминать про массовые советские переименования

Советская цензура вымарывала не только общие сведения о советских идеологических переименованиях, но не допускала в печать и конкретные примеры. Так, в сводке цензорских вмешательств за 1974 г. к «политико-идеологическим замечаниям», на основе которых были удалены данные о переименовании судов, отнесены следующие:  «В августе-сентябре 1927 года Балтийским заводом сданы три лесовоза 1 серии: «Красный партизан» (бывший «Г. Зиновьев»), «Мироныч» (бывший «М. Томский») и «Товарищ Красин». ЦНИИ Технологии судостроения. Отраслевая выставка по судостроению. Тематико-экспозиционный план…

1 мая 1925 г.  – Северная верфь. Заложены два рефрижераторных грузо-пассажирских теплохода для работы на линии Ленинград-Лондон: «Алексей Рыков», переименованный в «Андрей Жданов», и «Ян Рудзутак», переименованный в «Мария Ульянова». ЦНИИ Технологии судостроения. Отраслевая выставка по судостроению. Тематико-экспозиционный план…»[18]

Приведённые прошлые и настоящие имена лесовозов и теплоходов не только напоминали бы гражданам о беспринципной изменчивости советской политики, но и обращали бы внимание на людей, уничтоженных советской властью (Зиновьев, Томский, Рыков и пр.) Последнее, как и иные преступления советского режима, цензуре следовало скрывать.

IV.            Пропагандистские приёмы в сфере советских переименований

На приведённых и иных общеизвестных примерах ленинградского региона можно свести приёмы советской пропаганды в области названий следующим образом.

№№

Пропагандистский приём

Примеры в Петрограде-Ленинграде и области

Общий

Частный

1)

Прямое внедрение в сознание представлений о должном

О «героях»

Города Слуцк, Троцк, проспекты Сталина, Володарского, Нахимсона, Рошаля, улица Халтурина, мост Гриневицкого и т.п.

О «героических» явлениях, событиях и понятиях

Улица Крестьянской бедноты, проспект Пролетарской диктатуры, улица 3-го июля, площадь 19 июля.

2)

Искусственное создание идеального образа советской страны через упразднение «неблаговидных» наименований

ü Гороховая улица[19], улица Бугры в Усть-Ижоре (Пролетарской диктатуры); Сенная площадь,

ü Переименование колхозов «Красные язвы» и «Задний двор».

3)

Использование досоветского прошлого для пропаганды советского настоящего

Попытка представления досоветских выдающихся деятелей потенциальными сторонниками («предтечами») советских преобразований

ü Улица Чайковского, город Пушкин, канал Грибоедова, площадь Тургенева, улица Салтыкова-Щедрина; проспект Мусоргского, ул. Радищева и т.п.

 

Косвенное внедрение в сознание представлений о советских героях через подспудный знак статусного равенства между советскими героями и понятиями, с одной стороны, и досоветскими выдающимися личностями, с другой[20].

Попытка присвоить элементы величия досоветского государства - в пользу советского[21].

Блокадные возвращения названий 1944 года:

ü Невский, Суворовский и Адмиралтейский проспекты.

ü Дворцовая и Исаакиевские площади и пр.

 

4)

Вымарывание памяти об исторической России

(уничтожение «старорежимных» названий)

О власти

до 1917 года

· Кабинетская улица, Министерское шоссе, Александровский проспект, Николаевский мост, Сенатская площадь и пр.

· История названия посёлка Никольского Подпорожского района.

О религиозном прошлом народа

Введенская, Сергиевская, Захарьевская, Консисторская, Единоверческая, Кирочная, улицы, Благовещенская и Покровские площади, Козьмодемьянский переулок и пр.

Об экономическом прошлом страны

Биржевая и Сенная площади, Гагаринская, Гороховая, Шпалерная и Миллионные улицы, и пр.

 

О местной истории

Караванная, Миллионная, Гулярные улицы; Сенная площадь, Столярный переулок

О защите Отечества до 1917 года

Офицерская, Ружейная, Преображенская, Кавалергардская улицы, Роты Измайловского полка, Адмиралтейский проспект

5)

Сокрытие неблаговидных действий советского режима

Уничтожения храмов

Введенская улица (переименование 1952 года); Козьмодемьянский переулок (1952 год).

Конъюнктурного изменения оценки личностей

ü Г. Троцк – Красногвардейск (до 1929 г.), Проспект Фридриха Адлера – проспект Пролетарской победы (до 1922); проспект им. Сталина, Сталинский район (1950- 1956).

ü Ленинградский технологический институт им. В. М. Молотова (с 1959-Ленинградский технологический институт целлюлозно-бумажной промышленности).

Убийств («политические репрессии») мнимых и действительных оппонентов режима

ü Беломорская улица (б.Зиновьевская[22] улица – (1939).

ü Суконная фабрика "Ленсукно" (Фабрика им. Бела Куна).

ü Лесовозы «Красный партизан» (бывший «Г. Зиновьев»), «Мироныч» (бывший «М. Томский»); теплоходы «Андрей Жданов» (бывший «Алексей Рыков»), «Мария Ульянова (бывший «Ян Рудзутак»).

Истинной государственной политики в области названий

ü Секретность документов партии о переименованиях.

ü Работа цензуры (Главлита) по вымарыванию данных о переименованиях.

 



[1] При дальнейшем ознакомлении со статьёй следует помнить, что границы Ленинградской области до 1944 года были значительно шире. Эта область включала в себя, в т.ч. нынешние Псковскую, Новгородскую, части Республики Карелии, Мурманской и Вологодской областей.

[2] Такое определение советской топонимики дано русским эмигрантом Александром Николаевичем Артемовым (Зайцевым).

[3] Лихачёв Д.С. Исторические названия – памятники  культуры. //Всесоюзная научно-практическая конференция «Исторические названия – памятники  культуры». 17-20 апреля 1989 года. Тезисы докладов и сообщений. Москва, «Наука», 1989. С. 3-4.

[4] Фонды 24 и 25 Центрального государственного архива историко-политических документов Санкт-Петербурга.

[5] Так, например, было сделано в п.2 секретного решения Горкома ВКП (б) от 05.01.1944, санкционировавшего после одобрения И. Сталина возвращение 20 названий в Ленинграде: «Поручить исполкому Ленгорсовета депутатов трудящихся оформить это постановление в советском порядке» (ЦГАИПД, ф. 25, оп.2, д. 4895, л.4).

[6] ЦГАИПД СПБ, Ф.24,  оп. 2в, д. 1152, лд. 32-50.

[7] Позднее район передан в состав Вологодской области.

[8] Очевидно, что в этом названии советская власть была напугана ассоциациями с Корниловским мятежом 1917 года.

[9] «Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек» - это была картина советской жизни для пропаганды. На деле, особенно после начала закабаления советских крестьян в колхозах с 1930 года, любые ссылки на «волю» рассматривались в Совдепии как крамольные.

[10]ЦГАИПД СПб,  Ф.24,  оп. 2в, д. 2549, лд 100-108.

[11] ЦГАИПД СПб, Ф.24,  оп. 2в, д. 2482, лд.46.

[12] ЦГАИПД СПБ, Ф.24,  оп. 2в, д. 1541, лд. 4-6.

[13]ЦГАЛИ СПБ,  ф. 359, оп.1.д. 228, лд.24-25.

[14] ЦГАЛИ СПб, ф. 359, оп.1.д. 250, лд.39.

[15] ЦГАИПД СПБ, ф.24,  оп. 2в, д. 2305, лд. 47. Впоследствии фабрика именовалась  как Суконная фабрика «Ленсукно». Расположена по адресу: наб. р. Екатерингофки, д. 19.

[16] ЦГАИПД СПб, Ф.24,  оп. 105, д. 100, лд. 66.

[17] ЦГАЛИ СПб, ф. 359, оп.1.д. 250, лд.18.

[18] ЦГАЛИ СПб, ф. 359, оп.1.д. 172, лд. 145.

[19] Автор обращает внимание, что, как правило, в одном переименовании советская власть преследовала две и более пропагандистские цели. Так, одновременно с уничтожением «старорежимного» названия, не соответствующего благостному образу «советского рая», могли преследовать цель возвеличивания тех или иных персон.

[20] Например, Сергиевская  улица переименовывалась в честь композитора Чайковского, а  рядом проходящая Захарьевская в честь террориста Каляева. Таким образом, в подсознание граждан вводилась идея о равной пользе для общества от обоих этих личностей. Другой пример, через канал, названный советской властью в честь великого русского дипломата и писателя Грибоедова, перебрасывался мост Гриневицкого, бомбиста, убившего Царя-Освободителя.  Данный тезис автор с благодарностью заимствует у президента Фонда поддержки исторических традиций Ю.К. Бондаренко.

[21] На данную мотивацию заигрывания Сталина в 1940-ые годы с патриотической тематикой обращает внимание заведующий кафедрой церковной истории Санкт-Петербургской духовной академии протоиерей Георгий Митрофанов: http://www.vozvr.ru/tabid/248/ArticleId/1332/%C2%AB-%C2%BB.aspx. Обязательно следует разделять мотивации инициаторов возвращения названий в 1944 году (например, главного архитектора Н.В. Баранова), которые руководствовались именно культурной ценностью топонима, и очевидно, иной мотивацией коммунистической партии, которая почти за весь советский период культурной ценности исконного названия (как и многих других исторических объектов)  не признавала.

[22] Это дореволюционное название по домовладельцу, однако оно созвучно имени советского начальника и партийного деятеля, уничтоженного советским режимом в 1936 году – Г.Е. Зиновьева, что требовало первоочередного устранения такого названия, по мнению, советского режима.



Оценили: 79   Средняя оценка:     
Список комментариев:


  Нет записей. 
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.


Новости

Синоду Русской Православной Церкви (15.07.2018)
Источник:
Просмотров: 41
Обращение православной общественности к Синоду Русской Православной Церкви.
Никольскую церковь восстановят в Вологде (15.07.2018)
Источник: Фонд "Возвращение"
Просмотров: 41
Введенский Никольский храм восстановят в Вологде. На днях стартовали работы по расчистке территории летней церкви, построенной в 1854 году.
Митрополит Иларион призвал переименовать улицы (15.07.2018)
Источник: Фонд "Возвращение"
Просмотров: 43
Митрополит Иларион отметил необходимость переименовать улицы, названные в честь большевиков.
Православная общественность просит Президента обеспечить открытость следственного дела по «екатеринбургским останкам» (10.07.2018)
Источник: "Московские ведомости"
Просмотров: 146
Обращение к Президенту В. В. Путину
На крейсер «Аврора» вернулся корабельный храм – через 100 лет после закрытия (07.07.2018)
Источник: pravmir.ru
Просмотров: 148
На крейсере «Аврора» через 100 лет после закрытия снова заработал корабельный храм Николая Мирликийского.
Завершена реставрация трех интерьеров Китайского дворца в Ораниенбауме (07.07.2018)
Источник:
Просмотров: 117
Китайский дворец можно заслуженно назвать сокровищем парка в Ораниенбауме.
На месте старинного Георгиевского храма в Сампурском районе возведут новый (04.07.2018)
Источник: Тамбовский областной портал
Просмотров: 123
Спустя век на месте старинного храма в Сампурском районе возведут новый.
Лучший памятник Ленину по версии Фонда "Возвращение" (03.07.2018)
Источник:
Просмотров: 622
В Кашире восстановили Преображенский собор и Никитский храм – старые святыни Подмосковья. (02.07.2018)
Источник: pravoslavie.ru
Просмотров: 172
Никитский монастырь в Кашире был одним из крупнейших в Подмосковье. К 1915 году обители проживало 249 монахинь и послушниц.

Деревянная церковь во имя великомученика Никиты на месте будущего монасты..
Утерянный памятник П. И. Энгельгардту (21.06.2018)
Источник: Военное обозрение
Просмотров: 331
Памятник Энгельгардту - ныне несуществующий памятник герою партизанского движения в Смоленской губернии во время Отечественной войны 1812 года отставному подполковнику Павлу Энгельгардту, расстрелянно..